Что делать с Западной Украиной — извечный вопрос, на который нам скоро снова придется отвечать


России не нужна территория всей Украины, ее задача состоит в демилитаризации и денацификации, заявил американский политик-демократ, кандидат на пост губернатора штата Кентукки Джеффри Янг.

Комментируя слова одного из пользователей соцсети, который назвал Россией не только бывшие территории Украины — Крым и Донбасс, — но и всю ее оставшуюся часть, Янг согласился с первым и вторым пунктами, однако высказал мнение, что Москве «едва ли нужна Западная Украина, включая Львов».

«Я думаю, что Россия хочет демилитаризации, денацификации и нейтралитета Западной Украины», — предположил он.

Он также посчитал, что Москва заинтересована в том, чтобы на тех землях никогда не располагались военные НАТО.

— России ничего не нужно кроме мира и равноправных отношений со всеми субъектами международных отношений, — убежден кандидат исторических наук, доцент кафедры всеобщей истории НИУ «БелГУ» Сергей Прокопенко.

— Специальная военная операция вынужденная мера. Силовой возврат России на исторические территории обусловлен сложившимися обстоятельствами. Были ошибки и просчеты.

— Споры о том, что делать с Западэнщиной велись в экспертном сообществе задолго даже до 2014-го. Кто-то считает, что Красная Русь — это тоже русская земля, а кто-то, что это уже давно не наша земля, не наши люди, и пусть их забирают поляки. Кто, по-вашему, прав в этом споре?

— Вся территория Украины исторически связанная территория с русской историей. Российское государство имеет не меньше прав на эти территории, чем любое другое государство. Народ, который проживает на данных территориях родствен русскому. Менталитет жителя Западной Украины сформировался на протяжении многих столетий.

Люди были вынуждены приспосабливаться к регулярно меняющимся условиям их существования и большинство примет возврат России. Часть населения, наиболее активная и русофобская, уедет на Запад. Если Польша попытается силой захватить эти территории, русско-польской войны не миновать.

— Как, по-вашему, изменилась ситуация с началом СВО? И изменилась ли?

— Ненависть ко всему русскому воспитывалась по всей Украине с 1991 г. Западные регионы страны были основными проводниками русофобии, как национальной идеи, восток и юг сопротивлялись как могли. Адепты национальной идеи, подкрепленные зарубежными грантами и при их информационной поддержке, смогли переломить ситуацию в центральной Украине и на востоке страны.

Единственное место где все их попытки были тщетны — это Крым. Поэтому, по сути, ничего после начала СВО не изменилось. Конечно, начало боевых действий украинцев повергло в шок, но время идет и все становится на свои места. Те, кто Россию ненавидел, продолжил ненавидеть.

Те, кто сомневался, возможно окончательно определились на чьей они стороне. Те, кто пророссийски был настроен, в большинстве своем сохранили свой настрой. Последние сейчас предпочитают помалкивать и открываются только, когда они оказываются на российской стороне. «Плачь Ярославны» по братским отношениям российского и украинского народов считаю преждевременным и чрезмерно громким. Время все расставит по своим местам.

— Если нам нужна денацификация Западной Украины, то как это должно выглядеть? И возможно ли вообще денацифицировать колыбель бандеровщины?

— Западная Украина в любом случае будет денацифирована. Это сделает Россия или сделает Польша. При этом, я бы советовал бандеровцам выбрать российский вариант, он будет гуманней. Денацификация будет проходит долгое время в рамках стандартных мероприятий специальных служб и органов власти.

— По мнению Янга, Москва заинтересована в том, чтобы на тех землях никогда не располагались военные НАТО.

— Все украинские элиты предпочли строить отношения с Россией через шантаж и угрозы. Что теперь жаловаться? Вопрос стоит только в том, где будет проходить наша западная граница.

Впрочем, не все эксперты придерживаются того же мнения.

По словам политического обозревателя Сергея Веселовского, России нужна не территория экс-УССР, а отсутствие «геморроя в прямой кишке».

— А «незалежная» Украина — это наш кровавый, прогрессирующий геморрой.

Земли, вошедшие в состав СССР, после 1939 года, так и не смогли интегрироваться, остались чужеродным, враждебным нам телом. Вернуть его взад — это наказание и западенцам, и полякам: пусть сожрут друг друга.

Денацификация Западной Украины не возможна в принципе. Пещерный национализм и животная русофобия — безусловный инстинкт, скрепа, становой хребет западенца. СВО обострила и накалила обстановку, а пролитая кровь лишь расширила «братскую трещину» в глубокую пропасть.

На мой взгляд, Галичину, дабы от неё не исходила угроза России, можно отдать под польский протекторат, при условии её полной демилитаризации. А с ее денацификацией поляки и без нас успешно справятся.

— Западная Украина с её аграрно-гастарбайтерским в ментальном и социально-экономическом отношении — антагонист промышленного Юго-Востока, — отмечает историк, публицист, постоянный эксперт Изборского клуба Александр Дмитриевский.

— Поэтому она воспринимается как нечто чужеродное нам.

— Сегодня вновь актуализируется дискуссия о том, нужна ли нам Западная Украина в принципе и что вообще считать Западной Украиной…

— Лично моё мнение — пусть убираются вместе со своим Киевом в Речь Посполитую, которую они выбрали, и которая так близка им. Мы акцентируем внимание на недвижимости, которую когда-то приобрели, но давайте дадим вольную тем, кто выбрал не нас.

— То есть, вы не верите в возможность успешной денацификации этого региона?

— Знаете, давайте не будем мешать тем, кто выбрал погибель. Спасти мы их не сможем, а в геенну огненную они нас с собой утащат.

Дмитрий Родионов