На фоне таких жизнерадостных фоток, призванных снять стресс от диагнозов ниже, я немного расскажу Вам о Чужом. Как и обещала.

Вы не волнуйтесь. Я знаю, как вы не любите, когда я цитирую длинные фамилии европейских философов "проклятого" (вами же придуманного) "постмодерна", оставим эти стратегии для студентов, способных построить нечто третье между тисками неолиберализма, с его букетом этнического бесовства, - и неоконсерватизма, с его пафосной государственностью и цензурой. Поскольку жизнь моя так сложилась, что у меня, жалкого клоуна, что украинские, что русские читатели периодически впадают в кровь и почву, - я буду говорить это им, серьезным.

Понимаете, почему я мотаю из Укры в Росс и наоборот? Нравится мне украинцам рассказывать, что хорошего в России, а русским, что хорошего в Украине. Например: погранцы в Москве добрые, менты тоже, в кафе вкусно, уровень литературы - профи, да, столично и смачно. А в Киеве - старинные храмы и живые мыслящие студенты, можно проводить проекты по плюральным мнениям. И то, и то - проверила на себе. И между Киевом и Москвой - Святая София, да братишка Алешка, да песни Егора, да левая Прага, да гробница Юрия, да язык мой, радость моя из согласных и гласных. Но тернии там и там имеются. Мы бесимся в палеолитической провинциальной этнике, Россия в ответ православно-советский патронализм возрождает. Либералы ни там, ни там не рожают ничего нового, кроме грантов за цитирование Бжезинского и длиной истерии. Всем тяжело. Жаль там и там левую оппозицию. Ее мало, и она в каких-то утопиях.


Что делает идеология? Она строит пространство Чужого на бинарном принципе. Называется сие: "монструозный топос". Безрадостное место тьмы и безобразия. В топосе Чужого нет ничего, кроме моего личного удовольствия. Да, вы не ослышались. Идеология манипулирует нашими желаниями и наслаждениями. Желаем мы счастья, цельности, самосохранения, идентичности. А внутри себя найти эти вещи не можем. Бедны ибо. Бедны и тупы. И мы самообозначаемся в противопоставлении себя врагу. Потому отбирать у человека врага - жестоко. За это распинают.

Хуже всего - быть Третьим. Ты вроде уже не враг, но и не друг. Ты не переметнулся в другую идеологию, а стал над двумя. В Третьем чуют наибольшую опасность, потому что он демонстрирует относительность оппозиции "свой-чужой" и иллюзорность бинарной идеологии. А если ты четвертый, пятый, полифония Бахтина... Все, ты не жилец. Одномерное сознание прощает перебежчика. Но посредник и миротворец - его личный враг, и это верно, ибо комплексное видение это сознание уничтожает. Возникает страх: что на смену? Бедны ибо. Бедны и тупы.

Потому мне нравится мое мотание укро-россо. Я все вижу, все чувствую. Трагикомедия в том, что реальные места НЕ ЛУЧШЕ и НЕ ХУЖЕ топоса Чужого. Они ИНЫЕ. Я пытаюсь, как герой любимого фильма Жижека, надеть на чуваков анти-идеологические очки искусства, философии и памяти. Точнее, пыталась.

Да, и... Я счастлива. Потому что люблю. Братьев дальних. Ближних. И мне больше никто не нужен. Разве что - бар, кофе, коньячок. И ехать-лететь, Русью особо, пока ноги держат. Сколько той жизни? Это можно, пацаны и девочки.
Источник