Самая современная цифровая финансовая инфраструктура показала в последнее время точки своей уязвимости. И речь не только об ударах ВСУ по российским дата-центрам, проблема касается всего мира. Однако вполне возможно обеспечить дополнительную защиту тех сбережений, которые каждый гражданин видит в приложениях своего телефона. Каким образом и при чем здесь цифровой рубль?
Шестого ноября клиенты 128 японских кредитных организаций внезапно лишились банковских услуг: перестали работать банкоматы, переводы, интернет-банкинг и операции в отделениях. Причиной стала неисправность оборудования в общей информационной системе региональных кредитных кооперативов shinkin. Все пострадавшие организации были подключены к одной платформе, и отказ ее западного центра нарушил обслуживание сразу множества учреждений.
Основные проблемы устранили примерно за шесть часов, деньги вкладчиков не пропали, банковского кризиса не случилось. Но происшествие показало, что отказ одного технологического узла способен лишить огромное число людей возможности распоряжаться своими деньгами.
Несколько ранее похожая по последствиям ситуация возникла в России: Украина атаковала российские дата-центры. Руководитель финтех-направления «Яндекса» Дмитрий Пирогов признал, что многие пользователи не могли проверить баланс, оплатить покупку или перевести деньги, но подчеркнул: средства клиентов в безопасности, а записи о счетах хранятся в нескольких копиях на разных площадках.
Два случая различаются почти всем: в Японии была техническая авария, в России – физическое поражение инфраструктуры. Но для клиентов итог оказался похожим: деньги на счетах сохранились, а пользоваться ими стало намного труднее.
В этом и состоит оборотная сторона цифровизации. Банки давно работают на общих платежных системах, процессинговых центрах, облачных платформах и каналах связи: небольшим организациям невыгодно содержать собственный технологический комплекс, а объединение ресурсов снижает расходы и дает клиентам уровень сервиса, которого региональный банк не обеспечил бы сам. Но чем больше учреждений зависят от общей инфраструктуры, тем тяжелее последствия ее отказа.
Российский случай показал и другое: даже распределенная система с резервными копиями данных уязвима, если пострадали сразу несколько площадок. Данные могут уцелеть, но чтобы безопасно ими пользоваться, нужно восстановить вычислительные мощности, связь и взаимосвязанные системы.
Получается парадокс: технологии, призванные сделать деньги максимально доступными, при определенных обстоятельствах ограничивают доступ к ним.
Это не довод против цифровизации, а свидетельство того, что растут требования к надежности. Раньше от банка требовалось прежде всего сохранить средства и выполнить обязательства перед вкладчиками. Теперь не менее важна возможность клиента распоряжаться деньгами при серьезных нарушениях работы инфраструктуры.
Одним из инструментов решения этой задачи может стать цифровой рубль, массовое внедрение которого началось в России 1 сентября 2026 года: первыми новые требования коснулись крупнейших банков и торговых организаций, остальные подключатся в следующие годы. Его принципиальное отличие в том, где он учитывается. Деньги на обычном счете – это обязательство коммерческого банка перед клиентом, а цифровые рубли учитываются прямо на платформе Банка России, и доступ к ним люди получают через приложения коммерческих банков. Поэтому, если приложение одного банка не работает из-за сбоя, клиент может открыть свой цифровой кошелек через приложение другого банка, где он тоже обслуживается, – при условии, что тот подключен к платформе и работает.
На эту особенность не так давно обратила внимание зампредседателя Банка России Зульфия Кахруманова. С обычным безналичным остатком так не получится: если системы банка недоступны, перейти с этими деньгами в другое приложение, как правило, нельзя. Кроме того, расчеты цифровыми рублями идут через платформу Банка России, а не по той же цепочке, что обычные межбанковские переводы, поэтому часть платежей может сохраниться при сбое других расчетных систем.
Но такая защита спасает лишь от части сбоев. Если выйдет из строя сама платформа цифрового рубля или пропадет связь с ней, приложения обоих банков окажутся одинаково бесполезными. Поэтому настоящим прорывом для устойчивости платежей станет не просто третья форма денег, а возможность передавать цифровые рубли от одного человека другому без постоянного обращения к центральному серверу.
Такая функция предусмотрена в перспективных направлениях развития цифрового рубля, но пока недоступна. Зульфия Кахруманова рассказала, что Банк России изучает технические решения для автономных платежей, в том числе защищенную сим-карту или другой специальный элемент устройства. Пользователь заранее переведет часть денег в офлайн-кошелек и сможет расплачиваться ими даже там, где нет интернета.
Регулятор готовится испытать прототип с ограниченным числом участников, сроки массового внедрения не названы. Если банковские приложения недоступны или пропала связь с центральными серверами, покупатель, заранее пополнивший автономный кошелек, расплатится в магазине, где у продавца есть устройство с такой технологией. Иначе говоря, цифровой рубль получит главное достоинство наличных: для передачи денег от покупателя продавцу не нужна непрерывная работа удаленной системы.
Полного тождества с наличными, конечно, нет: бумажные деньги передаются без электронного оборудования, а для цифровых все равно нужны специальные устройства и защита. Но при японской аварии такой механизм позволил бы части клиентов продолжать повседневные расчеты, а при повреждении дата-центров и связи автономные кошельки обеспечили бы ограниченный платежный оборот до восстановления основных систем.
Подобные решения изучают не только в России: Банк международных расчетов в исследовании Project Polaris считает автономные операции с цифровыми валютами центральных банков важным инструментом устойчивости платежей при авариях и стихийных бедствиях, но отмечает, что создание такой системы связано со множеством технических и организационных проблем.
Для цифрового рубля эти проблемы сводятся к четырем задачам. Первая – обеспечить надежность самой центральной платформы. Она должна работать при выходе из строя отдельных центров обработки данных и восстанавливаться после крупных повреждений, для чего нужны территориально разнесенные резервные мощности, независимые каналы связи, защищенные копии информации и быстрое переключение между площадками.
Вторая задача – защитить автономные деньги. Пока операция идет через центральную платформу, та проверяет остаток. Без связи проверять приходится на самих устройствах, и возникает проблема двойного расходования: нельзя допустить, чтобы пользователь скопировал содержимое кошелька и расплатился одной суммой в двух магазинах.
Для этого нужны защищенные аппаратные компоненты, криптография и специальные протоколы обмена. Предстоит решить, что делать при потере телефона, повреждении устройства и долгой невозможности синхронизации, как восстанавливать средства и разрешать противоречия между записями кошельков. Вероятно, придется ограничить объем средств, доступных для офлайн-операций.
Третья задача – сделать технологию массовой. Защищенный кошелек бесполезен, если принимать с него платежи могут единицы магазинов, поэтому нужна совместимость устройств, банковских приложений и торгового оборудования. Важно, чтобы технология работала на недорогих смартфонах, а по возможности и без них: иначе в чрезвычайной ситуации защищенными окажутся лишь владельцы современных устройств.
Есть и нормативная сторона: сегодня закон освобождает торговые точки на территориях без интернета от обязанности принимать цифровые рубли. С появлением автономных платежей эти требования придется пересмотреть, ведь именно там, где связь нестабильна, новая функция нужнее всего.
Четвертая задача – научить всю платежную инфраструктуру работать в аварийном режиме. Нужно заранее определить, как действуют торговые организации при долгом отключении связи и как информация о платежах попадает в центральную систему после ее восстановления.
До недавнего времени платежные технологии оценивали главным образом по скорости, удобству и цене, и по этим показателям цифровизация добилась огромного прогресса. Но события в Японии и России показали, что не менее важно, способна ли платежная система работать при серьезных авариях, обрыве связи и физическом повреждении инфраструктуры.
Для цифрового рубля это новая стратегическая задача: стать не просто третьей формой национальной валюты, а дополнительной защитой денежного обращения в чрезвычайных обстоятельствах. Ведь устойчивость финансовой системы определяется не только сохранностью денег и надежностью банков, но и способностью экономики продолжать расчеты, когда привычные механизмы недоступны. Обеспечить такую возможность – один из важнейших результатов, которых можно ждать от дальнейшего развития цифрового рубля.
Дмитрий Скворцов
