16 июля 1936 года Совет труда и обороны при СНК СССР принял постановление "О программе крупного морского судостроения", фактически начав реализацию программы строительства океанского флота. Определённое (хотя и не главное) место в этих планах занимала УССР – в Николаеве планировалось заложить один из восьми новых линкоров
Уже в 1920-е годы было очевидно, что необходимо строить новый флот – то, что осталось от Российской империи, было неактуально ещё во времена Российской империи.
Реализуемые в СССР программы были ориентированы на постепенную замену устаревших боевых кораблей, причём упор делался на малые корабли и подводные лодки, а задачи ставились сугубо оборонительные, что и логично для континентального государства.
Судя по доступным источникам впервые зашла речь о строительстве "большого флота" на заседании Комиссии обороны при СНК СССР 11 июля 1931 года, когда Иосиф Сталин сказал: "не исключено, что через пять лет мы будем строить линкоры". К этому моменту уже был принят Боевой устав РККФ, по которому главной ударной силой флота являлись именно линейные корабли.
Смыслов в строительстве "большого флота" было три.
Во-первых, военно-стратегический – СССР должен был иметь возможность не допустить блокады советского побережья и высадки десанта, что было невозможно без наличия крупных артиллерийских кораблей, не уступающих имеющимся на вооружении флотов вероятных противников.
Во-вторых, экономической – строительство флота позволяло развивать тяжёлую промышленность.
В-третьих, политико-пропагандистский – у СССР должно быть всё как у империалистов и не хуже. Председатель СНК Вячеслав Молотов на первой сессии Верховного Совета СССР в январе 1938 года сказал: "у могучей советской державы должен быть соответствующий её интересам, достойный нашего великого дела морской и океанский флот".
Позже британский историк Ричард Хэмбл объяснял:
"Линейный корабль-дредноут был прямым историческим предшественником атомной бомбы, символом самого высокого военного статуса державы, наиболее мощным и мобильным инструментом силовой политики, который когда-либо знал мир. Любому государству мира, претендовавшему на полноправное участие в мировых делах, требовались линейные корабли и тяжёлые крейсера".
Линкор "Парижская коммуна" ("Севастополь"), 1941 год
Сталин отлично понимал, что Балтика и Чёрное море – тупиковые театры военных действий. По воспоминаниям адмирала Ивана Исакова в 1933 году вождь говорил о Белом море так:
"- Что такое Чёрное море? Лоханка. Что такое Балтийское море? Бутылка, а пробка не у нас. Вот здесь море, здесь окно! Здесь должен быть Большой флот, здесь. Отсюда мы сможем взять за живое, если понадобиться, Англию и Америку".
Однако, Белое море находилось далеко от основных индустриальных центров и было плохо связано с ними в транспортном отношении. Потому строили там, где для этого были возможности и, одновременно, повышали транспортную связанность северных территорий (по Беломорканалу вплоть до конца существования СССР переправлялись подводные лодки, построенные в Нижнем Новгороде – Горьком) и оборудование новой судостроительной базы в Молотовске (сейчас Северодвинск).
В январе 1936 года появились первые проекты "большого флота", предполагающие строительство линкоров и авианосцев. При этом мнения военно-морских теоретиков и практиков не учитывались – это можно было бы свалить на волюнтаризм Сталина, но они действительно не очень понимали, что нужно флоту не говоря уже об игнорировании политических задач.
К волюнтаризму можно было отнести и недооценку роли авианосцев. Однако если какой-никакой опыт строительства и эксплуатации артиллерийских кораблей у России был, то авианосцев – нет.
По программе от 16 июля 1936 года предполагалось строительство восьми линкоров двух типов (флоты США и Великобритании насчитывали по 15 линкоров, Японии – 9, Франции – 6 и Италии – 4), восьми лёгких крейсеров, 122 лидеров и эсминцев, 123 подводных лодок. Сдача флоту восьми первых линкоров была запланирована на 1941 год, к 1947 их должно было быть 24.
Крейсера Черноморского флота "Ворошилов" и "Красный Кавказ", 1944 год
По итогам разоблачения многочисленных "врагов народа" в руководстве РККФ и опыта войны в Испании, во время которой СССР оказался не в состоянии обеспечить сопровождение своих торговых судов, были осуществлены значительные организационные изменения.
В декабре 1937 года был образован наркомат Военно-Морского Флота. НИИ военного кораблестроения был передан наркомату оборонной промышленности. С 17 июля 1938 года в ВМФ вновь был создан Научно-технический комитет. В 1939 году создан наркомат судостроения.
Тем временем в США в январе-мае 1938 года была принята новая программа строительства флота, предполагавшая увеличение боевого и численного состава ВМС в два раза (обычно вспоминают о роли этой программы в исходе Второй Мировой войне на Тихом океане, но забывают, что принята она была в рамках борьбы с экономическим кризисом 1937 года…)
6 августа 1939 года нарком ВМФ Николай Кузнецов представил СНК "Десятилетний план строительства кораблей ВМФ" (до 1947 года), включавший постройку 15 линкоров (уже одного типа – ещё до утверждения программы, 15 августа 1938 года, был заложен головной корабль проекта 23 "Советский Союз", за ним последовали ещё три), 48 крейсеров, 180 лидеров и эсминцев, 336 подводных лодок. Интересно, что советское руководство эту программу не приняло, но её начали реализовывать…
План возможностям советской промышленности не соответствовал, да и сам он нуждался в коррекции – те же линкоры по плану должны были иметь водоизмещение 35 тыс. тонн, а итоговый проект превысил 59 тыс. Адмирал Исаков на совещании в октябре 1940 года сказал: "пришлось узурпировать все стапеля торгового флота, не строя ни одного торгового судна". 19 октября 1940 года СНК СССР запретил закладку новых линейных кораблей и тяжёлых крейсеров.
Недостаточность конструкторской и производственной базы пытались компенсировать за счёт западной помощи. В 1930-х годах в США проектировались авианесущие корабли для советского флота (вполне безумные). В 1939 году велись переговоры о покупке у Германии авианосца "Граф Цеппелин" (его потом взяли бесплатно как трофей), а в 1940 году купили тяжёлый крейсер "Лютцов". Оба корабля так и не были введены в строй.
Недостроенный авианосец "Граф Цеппелин" в составе советского флота
Из всего запланированного великолепия к началу войны успели построить очень мало. Например, готовность "Советского Союза" составила менее 20%, строительство его с началом войны было остановлено. Единственное изготовленное для линкора 406-мм. орудие, стреляющее снарядами весом 1,1 т. на расстояние более 45 км. (по характеристикам пушка Б-37 уступала только совсем уж монструозным 460 мм. орудиям японского суперлинкора "Ямато"), использовалось при обороне Ленинграда.
Готовая на 7% "Советская Украина" была подорвана в доке перед отходом из Николаева советских войск, та же судьба постигла готовый примерно на 12% тяжёлый крейсер "Севастополь". Удалось построить несколько лёгких крейсеров (в состав ЧФ, например, вошли "Ворошилов" и "Молотов"), лидеров, эсминцев, подводных лодок и большое количество малых кораблей – тральщиков, торпедных катеров, охотников за подводными лодками.
После войны приоритеты были пересмотрены и от достройки линкоров отказались (продолжая их проектировать). Но вот лёгкие крейсера проекта 68-К после войны были достроены и находились в составе флота вплоть до 1979 года. Опыт планирования и проектирования "большого флота" был использован при создании в СССР большого океанского флота, явленного миру во время масштабнейших в мировой истории учений "Океан-70".
И тем не менее предвоенная история строительства большого флота оставляет грустное впечатление.
Не строить флот было нельзя, поскольку Россия – великая морская держава. СССР не мог обходиться заложенными ещё в 1909 году линкорами типа "Севастополь", которые не соответствовали даже уровню Ютланда.
Однако в реальной Великой Отечественной войне эта программа сыграла роль в основном негативную – огромные ресурсы были потрачены на проектирование и строительство кораблей, которые так и не были построены. А ведь они могли были направлены на более актуальные военные нужды – даже в рамках строительства самого ВМФ. В предвоенные годы на флот тратилась примерно пятая часть военного бюджета, а стоимость постройки только первых четырёх линкоров типа “Советский Союз” достигала почти четверти годового бюджета страны.
Недостроенный линкор «Советская Украина» (С-352) на стапеле судостроительного завода имени Марти
Более того, если бы излишне оптимистичные расчёты советского руководства оказались правильными и к 1941 году удалось что-то построить, то было бы ещё хуже – большой флот в эксплуатации дороже, чем в строительстве, а как показал опыт реальных боевых действий, Рейх имел возможности нейтрализовать его ассиметричными и значительно более дешёвыми мерами – за счёт минных полей и авиации.
Но самое главное другое… В июне 1942 года соединение главнокомандующего Объединённым флотом Японской империи Ямамото Исороку приблизилось к атоллу Мидуэй. У Ямомото, помимо благословения небоблистающей Аматэрасу, было семь линкоров, а у главнокомандующего Тихоокеанским флотом США Честера Нимитца – ни одного. Зато у Нимитца были авианосцы "Энтерпрайз" и "Хорнет", которые перед этим, на троих с погибшим "Йорктауном", порвали авианосное соединение Нагумо Тюити как тузик грелку. Ямамото дал приказ на отход… В этот момент весь заложенный в 1938-39 годах "большой флот" безнадёжно устарел. Потопление линкора "Ямато" 7 апреля 1945 года (погибло 3063 японских моряков, потери американцев – 12 человек) стало уже необязательным послесловием. Источник
