Новости не нашего спорта в эти дни доставляют не по-детски. Всемирное антидопинговое агентство расследует — в рамках начавшихся Олимпийских игр — случаи интракавернозных инъекций гиалуроновой кислоты. Уколы в пенис якобы сделали себе прыгуны-лыжники, чтобы с трамплина улететь дальше соперников.

"Пенисгейт" — последнее событие, с которым хочется ассоциировать зимние виды спорта. Нам. Ну а тем, кто стремится, несмотря и вопреки своим скромным параметрам, улетать дальше, мы эту площадку уступим.

У нас своя повестка. Свои состязания. И свои национальные виды спорта. Сегодня в деревне Ерофейка (это на Вологодчине), словно сошедшей со страниц народных сказок, проходят заезды русских троек.

Впервые с момента включения нашего национального достояния во Всероссийский реестр видов спорта. Следующий этап — профильная Федерация. А дальше — "раззудись плечо, размахнись, рука!" — создание спортивных школ в регионах.

Вологодчина, где резные палисады, роскошь русских северных пейзажей, снега и просторы, стала первой, кто подставил плечо энтузиастам, влюбленным в эту нашу нематериальную культурную ценность. Там организовали чемпионат. Не впервые. Но впервые, как было сказано, в новом статусе.

Русская тройка на протяжении двух с лишним столетий соединяла всю огромную империю. Русская тройка — это почтовое, грузовое и пассажирское сообщение.

Русская тройка соединяла блестящий Петербург, радушную Москву, скромную Вологду, трудовой Иркутск, делая из территорий страну. Где говорили на одном языке, где действовали одни и те же законы, где роль играли одинаковые ценности. И где была общая культура.

Мы (в силу определенной набалованности и капризности) подзабыли, насколько была значима тройка для тех, кого мы числим в разряде гениев. А вот они о тройке не забывали. Литераторы и музыканты создали — каждый в своем виде искусства — без малого сто произведений, ставших практически народными. От Пушкина до Гоголя, от Алябьева до Чайковского. Этих имен, наверное, вполне достаточно, чтобы отнестись к нарядным лошадкам, запряженным особым образом, с величайшим уважением.

Потому что — и это неплохо бы нам знать, а еще лучше запомнить — такой запряжки нигде в мире больше не существует.

Коренник (тот, что по центру) идет рысью, а вот пристяжные (те, что по бокам) идут галопом. Какое умение (а управлять тройкой тогда учили и сейчас эту традицию продолжат), чтобы управлять всей троицей, да так, чтобы не растрясти пассажиров, не попортить грузы и чтобы животные не уставали!

Ну не молодцы ли мы, что не только тройку придумали, но и специально под нее породу лошадей, знаменитых орловских рысаков-красавцев, вывели? Нарядные, крепкие, не боящиеся морозов, выносливые, элегантные, отлично обучаемые. Верные. Любящие людей. Домашние. Теплые. Таких скромных и очень нетребовательных в содержании лошадок при их внешних статях в мире больше нет.

Но даже не это, наверное, главное. А главное — что мы, возрождая тройку не как транспортное средство, а как спорт — красивый и очень русский, — этим поступком показываем, как мы Россию любим.

Просто вот берем и любим. Как говорил герой в знаменитейшем фильме: "Люблю, потому что люблю". А мы любим все-таки по причинам.

Любим потому, что зима русская — с великолепным снегом и хрусткими морозами — бывает только у нас. И только у нас этой роскошной зимой мы одеваемся в предмет зависти всех соцсетей. В наши русские шубы. В наши русские шапки. Сотни миллионов пользователей мечтают о русских зимних вибрациях (они называют это вайбом), готовы платить за них гигантские деньги. Нам это природа дает совершенно бесплатно.

Ну не счастье ли, когда к морозам и снегам Вологодчина предлагает еще и свои кружева? По которым мир сходит с ума последние сто с лишним лет. Как мадам Шанель включила отделку, созданную северными кружевницами, в свою коллекцию, так парижские модницы рухнули в обморок и в нем пребывают.

Другой кутюрье, Ив Сен-Лоран, сделав полвека назад коллекцию, названную "Русской", мог больше ничего не делать. "Лучшая и самая нарядная", — так он считал сам. Там и кружева, и меха, и наши яркие цвета, и наши шапки, наши платки. Наш стиль. Наша стать. И наша гордость.

Повод ли это, чтобы любить Россию? Конечно. А почему нет?

Не стесняясь чувств, не опасаясь обвинений в квасном патриотизме (не нравится квас? Ну так не пейте его!), отвергнув — и очень вовремя — все попытки нас осчастливить против нашей воли, вестернизируя нашу культуру и обесценивая что нам дорого, Запад проиграл.

Там — многосерийный "Пенисгейт".

У нас — русская тройка, меха, кружева, снега, морозы (и масло, масло — конечно же, вологодское).

Если коротко — у нас есть любовь. Во всех ее оттенках. И всем понятно, на чьей стороне сегодня и сила, и правда. И победа.

Елена Караева