Я попробую на житейском, бытовом уровне показать, почему не может быть везде одинаково. Просто из устройства современного общества, не российского, а вообще.
Представьте. Вы глава семейства, вы управляете женой, двумя детьми и тремя комнатами в вашей квартире. Вечером вы приходите с работы, бросаете ногу мамонта в холодильник и спрашиваете у супруги про ужин. Ужин подается на стол, всё хорошо. Затем вы заглядываете в комнату детей, обнаруживаете там бардак, раздаете по подзатыльнику. Через полчаса там наводится порядок – всё, в квартире, с семьей дела обстоят прекрасно, вы лично проконтролировали, дали указания по исправлению.
А теперь другая ситуация. Жен у вас будет 12 штук, детей примерно полсотни и тридцать с чем-то комнат. Сумеете ли вы осуществлять личное управление всеми процессами в этом коллективе и в этом пространстве? – Конечно, нет. Только на легкую проверку каждой комнаты у вас уйдет час времени. Поэтому вы станете делегировать полномочия.
Вы назначили трех старших жен, а за ужином просто заслушиваете их доклады о положении дел. Эти жены тоже не в состоянии лично контролировать всё, у каждой есть по бригаде из младших жен, которые там уже как-то занимаются детьми и уборками.
Надо полагать, что в вашей квартире станут появляться какие-то Туруханские края. Там давно не ступала нога высокого руководителя, начальствующая младшая жена с обязанностями справляется плохо: паутина по углам, кто-то бродит в дырявых носках, хулиганские граффити на стенах.
Почему не справляется? – А что удивительного? Вы ведь старшими назначили тех, кто получше, а оставшиеся явно хуже.
Вы сами бываете в основном в собственном кабинете и в парадной гостиной, там всё идеально, там Москва и Петербург. Это-то под личным контролем удерживать получается.
Есть ли способы изменить ситуацию? Каким-то образом уравнять социальное положение, порядок? – Принципиально – НЕТ.
Вы можете лучшую из младших жен вытащить на федеральный уровень взамен какой-то из старших, дабы она свой положительный опыт распространила на отведенный ей округ. Но состав младших все равно останется слабее состава старших. Да, у них будут несколько разные задачи и полномочия, напрямую сравнивать нельзя. Но всё же.
И будут вмешиваться объективные факторы. Таскать воду для мытья полов в то крыло надо втрое дальше, чем в это. Или там будут хуже мыть, или надо предоставлять дополнительные ресурсы. А за них будет конкуренция или даже драка.
Где-то можно попытаться опираться на целевые показатели и их контроль. Например, температура воздуха в каждой комнате должна быть не меньше чем. А к нарушителям применять меры наказания и/или поддержки. Но как быть с успеваемостью детишек в школе? «Не меньше чем» — плохой показатель, который не мотивирует лучших. Индивидуально ставить задачи с верхнего уровня невозможно, ибо не владеешь конкретной ситуацией. Средняя температура по больнице о чем-то говорит, но не гарантирует успехов в каждом из углов.
Пожалуй, беда в том, что человечество еще не изобрело адекватных способов управления большими массами людей и большими территориями.
Я поясню. В каком-нибудь 19-ом веке людей и территорий в России тоже было очень много, вполне сопоставимо с нынешним. И как они управлялись? – Они не управлялись в нынешнем понимании этого слова. Крестьянская масса была именно массой. Податным населением. Если их вот тут примерно триста тысяч, то с них полагается собрать столько-то налогов. Как они там живут внутри себя – никого не интересовало по большому счету. Управления не было.
Сегодняшнее управление с точки зрения современного обывателя имеет целью предоставление этому обывателю набора благ и возможностей.
Отсюда всякие идеи о том, что «чиновники – это мои наемные работники», «яжеплачуналоги» и прочее. Современные люди во многом воспринимают устройство общества как детский сад, где их будут кормить, развлекать, холить и лелеять.
И вот именно в этом смысле управление принципиально не справляется. Нет механизмов, нет методик, нет людей.
Можно, конечно, обратиться к военному делу, как к образцу наилучшего управления. Что там? А там для управления были придуманы и используются в свое время палочная дисциплина и показательные расстрелы.
Когда настала эпоха массовых армий, то выяснилось, что старые управляющие структуры не способны с ними справляться. Когда-то хватало одного предводителя, который в нужный момент крикнет «Алга!» и укажет направление. Далее все сами умеют колоть и рубать. Ну, пара воевод еще, ладно. А тут оказалось, что даже капитан – примерно такой же дуб, что и деревенские балбесы, которыми он поставлен командовать. А искра разума проскакивает только у полковников в глазах, иногда.
Отсюда шпицрутены и полное невнимание к нуждам и потребностям «индивидуальностей», составляющих каре. Так и во время всякой настоящей современной войны к расстрелам перед строем приходят очень быстро, при первых же серьезных проблемах.
Итак. Граждане хочут одинаковых условий и в Москве, и в Кинешме. Либо они сетуют на неодинаковость условий, обвиняя в том неспособность управления. Одинаково сделать можно, да. Но только вот нет способов сделать это так, чтобы всем было приятно и легко. Не придумали еще способов, мы, люди в целом.
Хотите, можно сделать через репрессии и террор. Будет тогда одинаково на любом расстоянии от Мск. И в городе Лос-Анджелес тоже можно сделать всех одинаковыми. А не как сегодня – тут виллы богачей, а в центре бомжи своей марихуаной колются. Там то же, та же проблема. До бомжей управление не доходит.
Кто тут скажет, что если проблема в количествах и расстояниях, то миленький крошечный Шир будет благославен и прекрасен. Нет. Управление на самом деле не предназначено (так сегодня обстоят дела) для удовлетворения каждого. Оно для общества в целом. И оно связывает общество для достижения общих целей общества.
Кавказский тейп может в своем ущелье создать прекрасное внутри общество, но наружу предъявить он сможет лишь отряд абреков с купленными автоматами. А космодром предъявить он не сумеет.
Управление отнимает, а не раздает. Для общих целей, для частичного распределения, но не пропорционально пожеланиям. Фунции «сделать всем одинаково» перед современным управлением не стоит. Нигде. Поэтому нынче одинаково нигде.
Лукич
