Космические старты настолько привычны для нас, что новость об очередном запуске не привлекает внимания. С одной оговоркой: пока не случится ЧП. Именно таким оказался запуск ракеты-носителя «Союз МС-10», произведенный 11 октября с Байконура с целью доставить на МКС очередной экипаж из двух человек. К счастью, оба космонавта после аварийного приземления целы и невредимы.
По результатам первичного анализа случившегося произошло нештатное отключение двигателей второй ступени, а это уже повод для обсуждения. Подобных аварий в пилотируемой космонавтике не было целых 35 лет – высочайший показатель. Нечто похожее случилось в далеком от нас 1983-м, когда при аварийном пуске аналогичного носителя пришлось задействовать систему аварийного спасения (САС) экипажа.
Тогда, как и сейчас, обошлось без жертв – оба космонавта благополучно приземлились. Все это говорит о том, что САС работает выше всяких похвал, однако это не снимает вопрос о надежности самого носителя.
Итак, почему произошла авария? Безусловно, специальная комиссия Роскосмоса во главе с ее руководителем обязательно разберется в деталях и огласит окончательные выводы. Но глубинная причина случившегося видна уже сейчас. Это так называемый человеческий фактор, и данную версию легко обосновать.
Согласно статистике общее количество запусков РН «Союз», включая ее первичный вариант Р-7, перевалило далеко за тысячу. Значит, за многие годы носитель конструктивно отработан на все 100 процентов. Если случаются ЧП, вызваны они либо браком в изготовлении комплектующих, либо ошибками при сборке.
Исключение составляет прошлогодняя авария на космодроме Восточный при запуске «Метеора-М», вызванная проблемой в программном обеспечении. Налицо реальные проявления человеческого фактора в космической отрасли. Как тут не поверить в правоту тезиса, что кадры решают все?
Тревожит то обстоятельство, что в последнее время печальные вести об отечественной космической технике приходится слышать все чаще. И происходит это далеко не в последнюю очередь по причине провалов в кадровой политике, проводившейся до последнего времени в Роскосмосе.
Многие руководители предприятий, которых принято называть эффективными менеджерами, оказались далеки от производства и не обладали необходимым опытом работы. Результат их плодотворной деятельности налицо – достаточно посмотреть на нынешнее состояние Центра им. Хруничева, чтобы понять, каких людей нельзя и близко подпускать к руководству таким производством.
Давайте вспомним плеяду руководителей космических предприятий и конструкторских бюро времен СССР: Королев, Глушко, Бармин, Козлов, Янгель, Уткин, Челомей, министры общего машиностроения Афанасьев и Бакланов… Это не просто личности – легенды. Они руководили вверенным им участком работы не год и не два, а десятилетиями, управляли грамотно и с полной отдачей. Это были высочайшего класса профессионалы, а в их гражданской позиции сомневаться вообще не приходится.
А что мы видели вплоть до последнего времени? Сплошная кадровая чехарда, когда одного бездаря меняли на другого. Справедливости ради нужно заметить, что ситуация постепенно выправляется. В Роскосмосе происходят подвижки в кадровом вопросе: на руководящие должности назначаются люди проверенные и с опытом работы. Будем надеяться, что положительные изменения не заставят себя ждать.
Сложнее с кадрами более низкого звена – с теми, кто непосредственно имеет дело с космической техникой: сборщиками, испытателями, контролерами и т. п. Многие учебные заведения продолжают выпускать специалистов для космоса, но те предпочитают не задерживаться на отраслевых предприятиях. Причина банальна – низкая зарплата. Романтика профессии исчезла, а материальных стимулов нет. Поэтому имеем то, что имеем.
По горячим следам аварии РН «Союз» можно сказать одно: рано или поздно это должно было произойти.
Если учесть, что проблемы в космической отрасли России носят системный характер, то и работа по их решению должна быть комплексной. А государство обязано оказать Роскосмосу всю необходимую помощь. И уж если экономикой страны у нас сейчас рулит «невидимая рука рынка», то она должна не скупиться и давать денег ровно столько, сколько нужно для поступательного развития отечественной космонавтики.
Владимир Волгин
«Союз»: секунды на спасение
Прописано три сценария, каждый для конкретного диапазона времени от момента старта до начала орбитального полета
Алексей Овчинин и Ник Хейг
Ракетно-космическая система «Союз» предусматривает спасение экипажа при возникновении любых нештатных ситуаций на всех участках траектории выведения корабля на околоземную орбиту.
Сценарий № 1 охватывает интервал с момента, когда экипаж занял свои места, а сопровождающие покинули стартовую площадку. При возникновении серьезной проблемы автоматическая система аварийного спасения (САС) отстреливает вверх и в сторону блок из головного обтекателя и капсулы с людьми. Поскольку отстрел производится с помощью твердотопливного двигателя головного обтекателя, данный сценарий действует до момента сброса двигательной установки САС.
Капсула с космонавтами поднимается на 850 метров и при этом уводится в сторону, затем открывается купол парашюта и следует мягкая посадка. Время работы двигателей САС – чуть больше одной секунды. Перегрузка превышает 10 g.
Есть нюансы. После прохождения команды «Подъем» (ракета оторвалась от стартового стола) двигатели первой ступени РН должны отработать минимум 20 секунд, чтобы увести систему на безопасное расстояние от стартовой площадки. При аварии в первые 26 секунд полета предполагается посадка спускаемого аппарата на запасном парашюте, а после, когда достигнута необходимая высота, – на основном.
Сценарий № 2 задействуется при аварии после 115 секунды полета. В этом случае до 160 секунды для спасения капсулы используются четыре твердотопливных аварийных двигателя головного обтекателя, которые в штатном режиме должны просто отбросить его части в сторону. Именно это и произошло с «Союзом МС-10» после сигнала об аварии РН.
В случае аварийной ситуации на отрезке со 161 до 522 секунды следует разделение космического корабля на спускаемый аппарат, орбитальный и приборно-агрегатный отсек. Система управления спуском должна сориентировать капсулу с космонавтами таким образом, чтобы спуск проходил в режиме максимального аэродинамического качества.
Сценарий № 3 работает на верхнем участок траектории выведения, когда корабль уже находится в открытом космосе, но еще не успел набрать первую космическую скорость, необходимую для выхода на орбиту. В этом случае следует штатное разделение отсеков корабля и спускаемый аппарат производит управляемый спуск в атмосфере Земли.
Источник
