Время искажает не только мировосприятие человека, но и саму матушку историю. Даже исторический трактат, написанный в одном веке – в другом всегда будет воспринят по-своему, через призму собственного субъективного мышления и жизненного опыта историка, философа или простого обывателя взявшего в руки этот самый трактат. Что уж говорить об исторических книгах – выжимках – которые были написаны несколько столетий назад точно такими же субъективными людьми, как мы с вами? История может близиться к достоверности только в том случае, если она основана на фактах подтвержденных документами, а не на суждениях какого-нибудь ученого мужа. Порой мы не знаем как воспринимать реальность, что уж говорить о взгляде в прошлое. Этим пользуются провокаторы, лжецы и агитаторы, которые стремятся навязать свое мнение народу, чтобы посеять в обществе раздор и сомнение. Более того, делают они это так умело, что человек чаще всего не замечает, что у него отсутствует собственное мышление и чужие, навязанные мысли он воспринимает как свои собственные. Чтобы получить более-менее объективный взгляд на историю, мы немного поразмышляем вместе с вами, иногда это очень полезно. Тем, кто хоть что-то помнит из школьного курса истории известно понятие «славянофильство» и, возможно, известны некоторые представители этого течения – с него и начнем. Для начала вспомним, что славянофильство – историко-философское движение (хотя в нем присутствует и литература и религия, но по большему счету религиозную составляющую можно отнести к философии) возникшее в средине девятнадцатого века с целью продвижения русской мысли в противовес модным западным веяньям. Славянофилы, а среди них были глубоко православные философы, находили вредным всякое заимствование культурных аспектов из Европы и внедрения их в Российскую Империю. Философская мысль славянофилов была направлена на развитие собственной культуры – её самобытности и традиционализма. В первую очередь славянофилы опасались удара запада по религии. Православие имело огромное значение не только в культурно-историческом плане, но и было залогом самодостаточности Русского мира. Для того чтобы постичь всю глубину связи православия и русской государственности нужно просто знать три столпа, на которых из века в век зиждилась Россия: православие, самодержавие, народность. Впервые это понятие было введено Императором Николаем Первым, однако и прежде оно подразумевалось и укрепилось в народных умах. Русский дух – русская душа – прежде всего душа православного человека, точно так же, как и лишь православный Царь может править русским православным народом – на это опирались не только политики, понятия эти были взяты вовсе не из воздуха, а из Библии, где Царь представал как помазанник божий и власть его была от Господа. Поэтому нет ничего удивительного в появлении славянофильства. Один из известных славянофилов – поэт, философ и богослов Алексей Степанович Хомяков, был человеком верующим и крайне религиозным, именно это послужило для него толчком к славянофильству. Любовь к России и вера в её высшее призвание отчетливо просматриваются не только в публицистике, но и в поэзии Хомякова:
Вставай, страна моя родная,
За братьев! Бог тебя зовёт
Чрез волны гневного Дуная,
Туда, где, землю огибая,
Шумят струи Эгейских вод.
В своей публицистике Хомяков весьма негативно высказывался о европейских веяньях, постепенно проникающих в Россию, таких как социализм и капитализм, справедливо считая, что духовная составляющая в таком случае отходит на второй план, либо вообще не замечается. Для него же духовность, как и для остальных славянофилов – была высшим смыслом человеческого существования, в то время как западники больше внимания обращали на внешние факторы проявления жизнедеятельности. Социальная жизнь – жизнь общества, суть общественность – прямо противоположна личностному развитию, ставя социальную составляющую на первый план – человек не получает полноценного развития как личность, что приводит его к неизбежному моральному падению и духовной ущербности.
Единственной формой правления в России Хомяков видел – монархию, что полностью истекает из концепции православия. Позже эту концепцию и, в сущности, всю философию славянофильства, которая изначально позиционировалась в этом течении, поддержал Достоевский, включая и монархизм. Однако это течение, с легкой руки самого Достоевского, уже имело название «почвенничество», хотя, по сути, было частью славянофильства. Но вернемся к славянофильству. В той же середине девятнадцатого века на ряду со славянофильством появилось не просто течение, но и полноценное движение «западничество», которое исповедовало сугубо прозападные (западноевропейские) идеи, отмену крепостного права, при чем бездумную, что могло стоить Царской короны и революции (а значит и неизбежной гражданской войны) от рук декабристов. Постепенно идеи западников выливались в создание террористических организаций. Но первоначально, исключая декабристов, западники занимались критикой монархии и поверхностной «любовью» к народу начиная от Белинского, Тургенева и Некрасова. К слову, народные стихотворения Некрасова, которые пользовались популярностью у «продвинутой» интеллигенции на протяжении целого века, несколько разочаровали Анну Ахматову, когда она, после революции 1917 года, лицом к лицу столкнулась с этим самым народом в лице крестьян, в которых революционеры вселили ненависть к «чуждому им классу» под которым понимались не только чиновники, но и сама Ахматова. Бьюсь об заклад, что эти крестьяне точно так же отнеслись бы ко всем западникам. Почему? Да просто западничество было не более чем модой, и ни один из западников не понимал ни русский народ, ни сущности того, что они пытались внедрить. Любить народ было модно, и западниками являлись не самодостаточные, склонные к влиянию извне люди. Некоторые из них (западников) с возрастом осознав свои ошибки, отошли от западничества и даже раскаялись. Но со временем ничего не изменилось, в России так и осталось два противоборствующих лагеря, которых условно можно и по сей день размежевать на славянофилов и западников с несущественными вариациями в силу развития философской мысли.
Западники так и остались западниками, они по-прежнему тянуться к Европе, а теперь и к США, к чуждым Русскому миру идеям и образу жизни, пытаясь перетянуть к нам систему ценностей диаметрально противоположную менталитету русского человека. Чаще всего это обусловлено финансовой поддержкой того же Запада. Идеологическая составляющая проста – мода.
Славянофилы же несколько изменились с того времени и тоже имеют свои деления. Чтобы понять развитие славянофильства в наше время нужно осознать, что это течение иначе называется национализм. Хотя и национализм имеет другое разночтение (особенно в связи с событиями, произошедшими в двадцатом веке), так вторая ветвь национализма нацизм. Не нужно бояться понятия «национализм» в правильном его понимании. Поскольку он всего-навсего есть любовь к собственному Отечеству. Здесь к месту вспомнить идеи русского философа Ильина, который в своих работах затрагивал националистические вопросы. Суть Русской Идеи у него проста и понятна каждому:
«Русская идея есть идея сердца, идея созерцающего сердца. Сердца, созерцающего свободно и предметно и передающего свое видение воле для действия и мысли для осознания и слова. Вот главный источник русской веры и русской культуры. Вот главная сила России и русской самобытности. Вот путь нашего возрождения и обновления. Вот то, что другие народы смутно чувствуют в русском духе, и когда верно узнают это, то преклоняются и начинают любить и чтить Россию».
Дальше Ильин не оставляет без внимания и веру:
«Русское Православие воспринимает Бога любовью, возсылает Ему молитву любви и обращается с любовью к миру и к людям. Этот дух определил собою акт православной веры, православное богослужение, наши церковные песнопения и церковную архитектуру. Русский народ принял христианство не от меча, не по расчету, не страхом и не умственностью, а чувством, добротою, совестью и сердечным созерцанием. Когда русский человек верует, то он верует не волею и не умом, а огнем сердца. Когда его вера созерцает, то она не предается соблазнительным галлюцинациям, а стремится увидеть подлинное совершенство», - вот вся суть Русской Идеи и правильного истинно русского национализма или славянофильства.
Но существует и обратная сторона медали. Под личиной русского национализма порой скрывается нацизм, направленный на уничтожение государственности, всех институтов права и устоявшейся морали.
Как вы понимаете, Ильин видит русскость в созерцании, в то время как новые националисты или неонацисты настроены крайне радикально. Они скрываются под разными личинами, создают самые противоположные течения, чтобы в конечном итоге объединиться в одном разрушительном ударе по России. Они есть среди либералов, демократов, монархистов – вернее они скрываются под этими названиями, привлекая к себе широкие массы. Тот, кто склонен к демократии примкнет к лже-демократам и не заметит, как они снимут маску и окажутся нацистами. Те, кто видят себя в строю монархистов, примкнут к лже-монархистам условно или, порой, даже дельно поддерживая монархическую позицию, и тоже не заметят, как те окажутся перевертышами. Так происходит оттого, что любую фразу, любую теорию умелые риторики и политологи могут вывернуть в свою сторону так, что никто не заметит подделки. Редкий человек склонен к одиночному размышлению и формированию своей жизненной позиции вне социума, такие люди, как правило, сами являются философами или историками с лидерскими качествами. Большая часть людей зависима от социума и в этом нет ничего плохого – это природа. Но именно для них и создаются журналы, газеты, а в наше время интернет-сообщества в которых ведется националистическая пропаганда под видом того или иного течения. Люди читают, смотрят, попадают под влияния, кто-то уходит от этого, а кто-то прикипает больше и больше, становясь не просто читателем, но и орудием в руках умелого политтехнолога. Такие национал-структуры постоянно следят за тем, что волнует и интересует народ в общей его массе. Задача у них проста – поймать струю и соответственно ей толкать свою идею – разжигая в народе ненависть к собственному государству. Любая тема, любое происшествие, трагедия, война, катаклизм – становятся возможностью нанести небольшой удар по государственному строю и вызвать народное недовольство властью. Ненависть, накапливаясь и постоянно подкрепляясь от таких политтехнологов и агитаторов, делает из среднестатистического гражданина – будущего революционера. Вот такого национализма следует остерегаться больше всего и помнить, что революция неизбежно ведет к гражданской войне. И тот, кто подвержен революционности – не есть продвинутый и грамотный человек, это марионетка, не имеющая ни своей воли, ни своего мнения. После революции марионеток обыкновенно выбрасывают.
Автор: Юлия Лазебник
Источник
