ЧАТ

Батальон Прилепина. Кто и зачем сегодня защищает Донбасс

11:09 / 10.10.2017
944
0

Писатель Захар Прилепин сейчас — майор и заместитель командира разведывательно-штурмового батальона полка спецназначения армии Донецкой народной республики.
У подразделения, которое напрямую подчиняется главе ДНР Александру Захарченко, нет какого-то особенного имени вроде «Спарта», «Сомали» или «Восток». В республике его так и называют – батальон Прилепина. Корреспондент РИА Новости съездил в Донбасс, чтобы понять, зачем люди записываются в отряд к писателю.

«У нас очередь из добровольцев размером еще с один батальон, – говорит Прилепин. – Берем в основном местных, хотя в батальоне служат выходцы из разных стран. Из России стараемся не брать, но пишут многие. Тут не нужны люди, которые, скажем, поссорились с женой и поэтому решили – теперь я еду на войну».

В январе 2017 года Прилепин опубликовал книгу «Взвод. Офицеры и ополченцы русской литературы», а до этого сам вступил в донецкую армию. Не все поняли этот шаг, а в условно «либеральной» среде писателя жестко раскритиковали. «Там считают, что литератор в таком не должен участвовать. При этом сами горячо и активно поддерживают киевские власти. Это откровенное лицемерие», — уверен Прилепин.

«Я знаю, кто убил Моторолу и Гиви»

Прилепин давно в Донбассе, с самого начала гражданской войны. «Я тут присутствовал в самых разных качествах – и как военкор, и как поставщик гуманитарной помощи, и как черт в ступе. Когда все началось, весной 2014 года, мы запустили проект «Интербригады» и начали потихоньку поставлять сюда добровольцев. Сначала в Луганск, потом в Донецк». Идея о том, что нужно создавать собственное подразделение, присутствовала постоянно.


«В конце 2015 года мне, как уже достаточно известному человеку в Донецке, предложили должность консультанта по информационной политике в администрации ДНР, — рассказывает Прилепин. — После я стал советником главы республики Захарченко.

И потом, в процессе разнообразных обсуждений и разговоров, сказал: «Александр Владимирович, давайте, я могу собрать батальон. Из Луганска приедет серьезное количество людей. Можно 200, можно 400, можно 600, можно 800 – сколько угодно».

Седьмого июля прошлого года мы приняли это решение, и в октябре собрали батальон. В ноябре он приступил к выполнению боевых задач. Получается, что год существования батальона будет буквально через месяц».

В украинских СМИ переход Прилепина с «гражданки» на армейскую службу связали с гибелью в результате терактов Моторолы и Гиви — Арсена Павлова и Михаила Толстых, командиров «Спарты» и «Сомали». Якобы раз Прилепин был с ними дружен, а это действительно так, то после их смерти он решил сам взять в руки оружие. Это не совпадает чисто хронологически.


Плакат, посвященный командиру батальона ополчения ДНР "Сомали" Михаилу Толстых (позывной "Гиви"), на улице Донецка. 10 февраля в Донецке проходит прощание с М. Толстых. © РИА Новости / Ирина Геращенко

«Гиви убили в феврале 2017 года, я уже был замкомбата. А какие-то упыри стали говорить: «Вот, убили Гиви — и тут появился Прилепин». Когда убили Мотора, внутренне я решил для себя, что моя задача — вернуться Славянск и Мотороле там поставить памятник. Вот такое было. Но батальон к этому времени уже существовал», — вспоминает Прилепин.

«Несмотря на всякую трепотню с украинской стороны, я прекрасно знаю — даже поименно! — кто убил Моторолу, кто убил Гиви. Это сделала та сторона, Киев. В убийствах участвовали диверсанты, находившиеся непосредственно в Донецке. В одном случае была женщина. Все эти люди вычислены».

«Люди, которые были причастны к убийству Гиви, уже наказаны. Я не могу пока все подробности сообщить: схемы будут вскрыты, когда все участники этих убийств будут наказаны».

Донецк выглядит спокойно и довольно мирно. Но это не вполне справедливое ощущение: возле дома Прилепина дважды снимали фугас, и он переехал в расположение батальона.

Ни мира, ни войны

Батальон расквартирован в бывшем отеле «Прага», в самом центре города. Здесь штаб, командование, казарма. Боевые позиции батальон держит за сотню километров отсюда, на «линии соприкосновения» с противником — то есть на линии фронта, по другую сторону которого, предположительно, расположены позиции морпехов ВСУ. Действует принцип ротации: бойцы батальона несколько дней проводят на передовой, потом их сменяют, и они возвращаются в расположение.


Командир батальона — Сергей Фомченков, позывной Фома, он из России, для отряда это исключение. Большинство здесь все-таки из ДНР или ЛНР. На войне с самого начала, дослужился до начальника штаба артиллерии второй бригады в Луганске. С Прилепиным они знакомы, по его словам, «лет двадцать», и именно он рекомендовал Фому в командиры.

В 1999 году Фомченков участвовал в акции в еще украинском Крыму:

«Мы забрались на башню клуба моряков, вывесили транспарант «Севастополь — русский город», скандировали: «Севастополь, Крым — Россия», забаррикадировались. Украинские спецслужбы вышибли нас с этой башни, посадили в тюрьму. За эту акцию мы полгода отсидели».

Начальник штаба — Александр Крештоп, местный, из Донбасса. До войны работал шахтером, сначала слесарем, потом механиком, никакого отношения к войне и военному делу никогда не имел. Записался в ополчение, когда увидел, что от обстрелов украинской армии гибнут не только взрослые, но и дети. «Мотивация самая большая была — это гибель первых детей. У меня у самого есть дети, я очень за них переживаю», — говорит Крештоп.


Бойцы разведывательно-штурмового батальона, Донбасс

Конфликт в Донбассе, считает Александр, начался не вдруг и не просто так, а долго вызревал. Притеснения русских и русскоязычных, «донбассофобия» — не выдумка и не преувеличение. «Я русский по национальности, меня впервые обидело, когда я паспорт получал в 16 лет. Я заполнил анкету, везде написал, что я русский, мне выдали паспорт, написали, что я, оказывается, украинец», — говорит начштаба.

Другой отложившийся в памяти факт — это демонстративное патрулирование Донецка после избрания президентом Виктора Ющенко милиционерами из западных областей:

«Они ходили с собаками по центру города и прямо нам говорили, что Донецк — бандитский город и вы все бандиты».

Еще один офицер батальона просил не называть своего имени — он ничего не опасается, но не считает нужным «светиться». Он тоже местный, хотя его отец приехал из Казахстана. Занимался боксом, получил травму и отказался от спортивной карьеры. Учился на юриста, половина одногруппников воюет «по другую сторону». Участвовал в боевых действиях в составе «Сомали», был несколько раз ранен, теперь перешел к Прилепину.


Бойцы разведывательно-штурмового батальона, Донбасс

Больше всего его тяготит и даже злит неопределенность, когда война приняла затяжной, позиционный характер. «Это не та война, какая была в 2014 году, но это и не мир! Всегда себя разрываешь между этими вещами. Как пойти погулять с девочкой в Донецке? И в то же время знать, что у тебя пацаны сейчас в окопах недоедают, что там стреляют. Вот в этом состоянии жить хреновато», — говорит офицер.


Бойцы разведывательно-штурмового батальона, Донбасс

Но до окончания конфликта, до финальной точки складывать оружие он не хочет. «А вот когда закончится война, тогда я возьму и, может быть, уеду в любую другую страну. Почему бы не путешествовать? Я был в других странах, я знаю английский. Мне очень нравится рэп-музыка, я вообще очень долго жил американской культурой. И я очень мультикультурен, как теперь говорят. Но уеду я только тогда, когда здесь будет тихо. Когда ни одна сволочь мне не скажет: «Что ты здесь делаешь? У тебя дома война».


«Мне нравилось, что происходило на Майдане»

Позывной другого бойца — Граф, но это еще и часть фамилии. «У меня корни делятся. Один дедушка — Граф Рейнгольд Рейнгольдович. Второй — Сафонов Иван Иванович. Мать не захотела расставаться с обеими фамилиями, и родители решили их объединить. Зовут меня Родион, фамилия моя Граф-Сафонов. Двойная», — рассказывает Граф.


Командир отделения разведывательно-штурмового батальона Родион Граф-Сафонов, позывной Граф © РИА Новости / Андрей Веселов

В батальон Родион пришел одним из первых, до этого служил в роте «Мангуст». Первоначально занимался боевой подготовкой личного состава, сейчас — командир отделения.

Сам он из Луганска, а вернее, из Луганской области — Станично-Луганский район, поселок Петровка, возле города Счастье.

Это «оккупированная территория», говорит Родион, которую контролирует ВСУ. «Воевать пошел в мае 2014 года. С тех пор не был дома. Линия фронта — три километра до дома. Вот за эти три с половиной года линия фронта не поменялась», — уточняет Граф.

Родион успел послужить в украинской армии. Сначала в учебном центре «Десна», потом в 15-м отдельном горно-пехотном батальоне. После демобилизации некоторое время работал менеджером по подбору и продаже запчастей. Когда начались события на Майдане, думал поехать и присоединиться: «Мне изначально, вообще-то, нравилось, что там происходило. А потом увидел «лицо» Майдана: правосеки, бандеровцы, кричалки «москаляку на гiиляку» («москалей на ветку». – Прим. ред.). Вот это уже совсем не понравилось».


Когда в апреле 2014 года Граф пришел домой, отец сказал ему, что будет война. «Конечно, он оказался прав. Я тогда бросил: «Хорошо, давайте оружие». Не готов сейчас сказать, сарказм это тогда был или не сарказм, но мне вынесли автомат АКС и два магазина. Так все и началось», — заключает Родион.

Из Подмосковья добровольцем приехал Сергей, позывной Шаман. В активе — служба в спецподразделениях МВД и ФСКН.

На Донбасс принял решение ехать после массового убийства в Одессе в Доме профсоюзов. «Для меня это стало поворотной точкой», — говорит Сергей.

Несмотря на работу в правоохранительной системе, Шаман был очень скептично настроен по отношению к российской власти. После одесских убийств решил, что это не главное.


Боец разведывательно-штурмового батальона Сергей, позывной Шаман, Донбасс © РИА Новости / Андрей Веселов

Несмотря на работу в правоохранительной системе, Шаман был очень скептично настроен по отношению к российской власти. После одесских убийств решил, что это не главное.

До батальона Сергей был в личной охране главы Луганской республики Игоря Плотницкого, потом — в отряде по борьбе с контрабандой. «Наш взвод занимался борьбой с контрабандой по всей Луганской республике. Я там получил травму и после этого уехал лечиться. В России был где-то около года, затем поступило предложение служить здесь — согласился», — говорит Шаман.

От марксиста-ленинца до православного

В рядах прилепенского батальона служит Айо Бенес, чернокожий гражданин Латвии. Образование Бенес получил в Великобритании, где выучился на микробиолога и заодно вступил в британскую компартию. Себя он считает марксистом-ленинцем, а происходящее в Донбассе — национально-освободительной революцией, которая со временем (по марксистским законам) должна перерасти в социалистическую.


Произошедшее на Майдане, в свою очередь, Айо называет «реакционным путчем», который был осуществлен при поддержке «американского и европейского империализма». Поэтому Бенес и приехал в Донбасс. А вот путь в Латвию для него теперь закрыт.

«На меня там заведено, кажется, четыре уголовных дела, за «призывы к насильственному свержению государственного строя» и «участие в незаконных вооруженных формированиях» — говорит Бенес.

«Я не смогу вернуться, пока Латвия не станет действительно демократическим государством, не признает ДНР и ЛНР. А я уверен, что в будущем так и будет! Вот тогда я поеду в Латвию. Пока же я получил гражданство ДНР».

Другой доброволец приехал с Кубани, поэтому и позывной у него — Кубань. В отличие от марксиста Бенеса он «приехал сюда защищать веру православную, святую Русь, потому что сейчас идет антихристианское движение со всех направлений».


Боец разведывательно-штурмового батальона, позывной Кубань, Донбасс © РИА Новости / Андрей Веселов

Кубань — глубоко верующий человек. Даже в окопах под обстрелом он запрещает сослуживцам ругаться — это «большой грех». А на базе в «Праге» занимается оформлением молельной комнаты, которую называет «часовней».

Житель Горловки Алексей Петров (позывной Кац, от Изи Кацмана, героя романа братьев Стругацких «Град обреченный») вообще никак не формулирует, за что он воюет в армии ДНР. Зато он очень четко знает, против чего.


Офицер разведывательно-штурмового батальона Алексей Петров, позывной Кац, Донбасс © РИА Новости / Андрей Веселов

Врагом он называет «фашизм, неонацизм и украинский национализм». До войны Алексей работал журналистом.

Специально исследовал вопрос о неонацизме на Украине: «Власть при Януковиче заигрывала с нацистами из партии «Свобода», с Тягнибоком, они хотели их приручить, сделать удобным спарринг-партнером на выборах, вот и получили по полной».

Отсюда вывод: не надо заигрывать с нацистами.

«Люди разные, но большинство не заморачивется по поводу какой-то идеологии. Есть интуитивное, иррациональное ощущение собственной правды — только оно и держит», — говорит Прилепин.


«Мы сегодня с вами были в окопах, на передовой. Как вы, наверное, заметили, людей волнует, чтобы их покормили, дали сигарет, БК (боекомплект. — Прим. ред.) и объяснили, каким образом мы пройдем вперед.

Сейчас мы будем обсуждать: Ленин, Сталин? Да вообще по барабану. Матильда, Николай II — это в России всех волнует! В России думают, что если сейчас мы не спасем Николая II или Мавзолей Ленина , то мир обрушится. Но здесь не про это».

Андрей Веселов

Новостной сайт E-News.su | E-News.pro. Используя материалы размещайте обратную ссылку.


Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter (не выделяйте 1 знак)

Не забудь поделиться ссылкой

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Для того чтобы оставлять комментарии на сайте вам необходимо зарегистрироваться на сайте или войти через социальные сети
Прокомментировать
Отправить (необходима регистрация)